Романов Платон, 9 лет, Московская область, ДЦП

Сбор 111 460 руб. на оплату профильного санатория в г. Евпатория.

Счет оплачен за счет безадресных пожертвований.



Из письма мамы:

Тоша родился 27.06.2003. До 1 года 7 месяцев развивался в соответствии с нормой, разве что пошел чуть позже, только в полтора года, но все-таки мы уже ходили, говорили, ну все как обычно. Я сейчас и сама этому иногда не верю. С того счастливого момента осталось несколько новогодних фотографий, где Тошка топает сам, стоит у елочки с подарками, едет на велосипеде, подаренном дедом Морозом. Потом мы стали готовиться в садик, стали делать положенные прививки. Последняя прививка нас и подкосила. Аккурат в тот злосчастный Новый Год, когда и были сделаны те чудные фотки. Тут рассказывать особо нечего. Утром сделали прививку, а на следующий день Тошка слег. Из здорового ребенка превратился в лежачее бревнышко. Всего-то час высоченной температуры, которую мы, в конце концов, сбили, и наша жизнь изменилась необратимо. Он просто лежал. Больше не поднимал голову, не переворачивался, не двигал руками, не говорил. Много еще всяких «не». Бились мы как рыба об лед, возили по профессорам, приглашали кучу знаменитостей, а толку… В итоге по жизни мы пошли с диагнозом «Последствия нейроинфекции неясной этиологии».

Профессор Мазанкова проверила нас на все известные инфекции — все тщетно. А время уходило, уходило. Ну вот так и началась совершенно другая жизнь. Мы всегда были достаточно финансово устойчивы, долго шли к этой беременности — все же разница между детьми у нас 15 лет, это не мало. Но даже не предполагали, каких непомерных денег стоит реабилитация. Тогда, мало чего еще понимая в своем заболевании, мы думали, что еще вот-вот и мы поставим его на ноги. Денег стало не хватать. Продали квартиру. Но и этого не хватило. Мы с мужем трудяги, мы много работаем, очень много. Но, как я теперь понимаю, это бесконечная гонка. Гонка на опережение. Тошка растет — и с физическим ростом усугубляются проблемы. Кости растут — нерабочие мышцы нет. Поэтому нужен постоянный массаж, чтобы не образовалось контрактур, нужна постоянная ЛФК, нужны постоянные занятия с педагогом и логопедом. Со временем стало ясно, что и речь не вернется. Мы сейчас начали потихоньку говорить, но речь поражена настолько сильно, что понимаю его только я, да и то через раз. Руки не восстановились, нерабочие. Но динамика все равно есть.

Тошка умница — он уже неплохо читает, считает в уме, решает задачки, старается рисовать и кое-как пытается писАть. Но пока самостоятельно ничего не может, ни ходить, ни стоять, собственно, даже держать ложку так, чтобы донести её до рта, тоже не может. Надеюсь, ключевое слово здесь — ПОКА. Мы не позволяем пользоваться инвалидной коляской, со слезами, с нытьем, но вынуждаем ходить только за ручку, не считать себя инвалидом. Нам с мужем много лет, и у нас гораздо меньше времени, чем у более молодых родителей, чтобы успеть его максимально адаптировать к жизни. А мы пока надеемся и делаем все, что можем.»